Для преподавателей
| Русский фактор как краеугольный камень Российского Кавказа |
 |
|
Оригинал статьи можно скачать здесь
Северный Кавказ - самый многонациональный регион России. Здесь проживает более 100 национальностей. Кроме этого, южный регион еще и самый «молодой» из крупных регионов страны – в целом он сформировался как часть России только по завершении кавказской войны 1817—1864гг. Северокавказский регион один из наиболее густонаселенных регионов государства - на территории, занимающей не многим более 2% площади России, проживает более 11% ее населения. По показателю общей численности населения, Северный Кавказ уступает лишь Центральному и Уральскому регионам. Наибольшая плотность национально-территориальных образований (республик), со всей спецификой отсюда вытекающей, так же присутствует именно на юге страны. С точки зрения межэтнических отношений, описываемый регион является одним из наиболее сложных в стране. С 1991 г. здесь произошло 3 крупных вооруженных конфликта с явно выраженным этническим компонентом: осетино-ингушский конфликт, 1-я и 2-я чеченские войны. Регулярно происходят локальные столкновения, отличающиеся в т.ч. высокой степенью остроты; наибольший общественный резонанс получили события в Ставрополе в мае - июне 2007г.
Однако, несмотря на все вышеописанное, северокавказский регион с точки зрения межэтнических отношений не является уникальным в России, скорее ему присуща своя специфика, пусть и весьма явная. Безусловно, присутствует повышенная динамика этнических процессов и особая конфликтогенность, но, тем не менее, это всего лишь региональная специфика, формирующаяся в рамках общероссийских процессов и тенденций.
С точки зрения автора, одним из основных негативных факторов, влияющих на этнонациональные отношения и процессы формирования российской политической идентичности в России и на Северном Кавказе, является кризис русского народа.
Безусловно, формат данной статьи не предполагает детального анализа, но в целом основными показателями кризиса русского народа выступают: - демографический кризис: чистая убыль русских за предыдущий межпереписной период составила 7978,9 тыс. чел. (за 13 лет сокращение 6,65%). Сокращение доли русских среди всего населения России устойчиво наблюдается с 1959г., сокращение – 3,5%.Для сравнения, численность и процентная доля кавказских этносов растет. - массовый отток русских из мест традиционного проживания, расположенных на территории национально-территориальных образований. Так, численность русских, проживающих в республиках Северного Кавказа, только за период с 1989г. по 1999г. сократилось на 342,5 тыс. чел. Основными зонами расселения русских в данных республиках являлись Кизлярский и Тарумовский районы Дагестана, Сунженский, Шелковской и Наурский районы Чечено-Ингушетии, Моздокский район Северной Осетии, Прохладненский район Кабардино-Балкарии. В настоящее время отток из Чечни и Ингушетии практически завершен ввиду почти полного выезда русских из данных регионов. Однако, сейчас наблюдается отток русского населения, даже, как принято считать, в наиболее благоприятной для русских республике - Кабардино-Балкарии. Как отмечает С.А.Воронцов «…отток русскоязычного населения из национальных республик Северного Кавказа в основном обусловлен тем обстоятельством, что русские не смогли приспособиться к новым политическим и экономическим условиям, в отличие от "коренного" населения, сумевшего сориентироваться в новой обстановке».[2] Кроме того, исход из традиционных мест проживания является показателем нежелания русских отстаивать свои интересы в условиях конфликта, что в свою очередь, очевидно, является следствием неудовлетворительного социально-психологического состояния.
- наблюдается постепенная утрата русскими позиций в сфере экономики, политики, культуры, спорта и т.д. В сфере экономики русское население, как уже было отмечено выше, в целом, хуже адаптировалось к новым экономическим условиям, в результате чего они были вытеснены из многих значимых социально-экономических ниш. Подобные процессы наблюдаются и в политической сфере. В.А.Тишков прямо указывает на то, что «…этнический, а точнее, ущельско-родо-племенной принцип решения кадровых вопросов в северокавказских республиках всегда был обычным явлением. Зачастую во властных и престижных структурах не было и нет места не только представителям других национальностей, но и представителям других родов…».[6] С.А.Воронцов отмечает: «Рассматриваемая тенденция выражается также в нарушении национального паритета при кадровых назначениях. В ряде северокавказских республик ключевые рычаги власти (в первую очередь, в экономической и правоохранительной сферах) переданы представителям коренных национальностей, в число которых русскоязычное население не входит». [2] Упоминание С.А. Воронцовым русских в качестве не коренного этноса республик Северного Кавказа является весьма спорным. Тем не менее, тенденция вытеснения русского населения из целого ряда значимых экономических и политических ниш региона очевидна. Более того, политическая ущемленность русских, в частности, на Северном Кавказе наблюдается еще со времен СССР. Данные, подтверждающие этот тезис, приведены В.А.Тишковым в статье «Русское население республик Северного Кавказа» в таблицах 3,4,5 характеризующих представленность титульных национальностей и русских в составе органов государственного управления, партийных органах, руководстве предприятий, правительствах, парламентах и ведущих ВУЗах региона. На лицо и культурная деградация русских, выражающаяся в массовом отказе от собственной национальной культуры и принятии образцов массовой культуры. Это, помимо того, что накладывает существенный отпечаток на процессы самоидентификации русских, еще и подрывает авторитет русских в рамках межкультурного общения с представителями этносов, не в такой степени отказывающихся от своей национальной культуры. - явно присутствует сильнейшая алкогализация русских. Основная доля потребляемого алкоголя в стране, по разным оценкам это от 18 до 25 литров спирта на душу населения в год, приходится именно на русских. В меньшей степени остроты, но по общим параметрам аналогично обстоит обстановка и с наркоманией среди русских.
Безусловно, существует целый ряд факторов, характеризующий кризис русского народа. Выше были приведены наиболее очевидные из них. Следствием же общего кризиса русских является постепенная утрата русскими морального лидерства в отношениях с другими народами.
Может возникнуть вопрос об актуальности рассмотрения кризиса русских в рамках вопроса о формировании российской политической идентичности населением Северного Кавказа. Действительно, в России кризисное состояние характерно для многих народов, но роль именно русского народа является ключевой во всех значимых социальных, политических, культурных, экономических, этнических, идентификационных и др. процессах.
Обосную свою точку зрения, поскольку в соответствии с специфической политической традицией, сложившейся еще со времен СССР, упоминание о роли русских в России или отдельных ее частях «требует обоснования».
Русские - крупнейший этнос Северного Кавказа, общая численность русских и украинцев на Северном Кавказе составляет около 8 миллионов человек. В национально-территориальных образованиях (республиках) региона численность русских по переписи 2002г. составляла 15% от общего числа населения (по переписи 1989г. – 26%). Говоря о роли русских на Северном Кавказе, бывший министр по делам национальностей В.А.Тишков справедливо отмечает: «Русское население в регионе играет ключевую роль как в социально-экономическом, так и в общественно-политическом планах. Помимо вклада в экономику и хозяйственное управление, образование и культуру русские жители республик способствуют осознанию представителями других народов своей отличительности и целостности. Присутствие русского населения на Северном Кавказе обеспечивает, с одной стороны, коллективное самосознание основных нерусских народов и удерживает его от дальнейшей фрагментации на локально-культурные варианты, с другой стороны, именно русские в определяющей степени влияют на формирование общероссийских культурных ценностей и установок и на поддержание общероссийского самосознания и патриотизма». [6]
В целом, такая точка зрения является достаточно распространенной в среде специалистов, в т.ч. среди нерусских авторов. Так, высказывания, полностью укладывающиеся в логику вышеприведенных слов В.А. Тишкова можно встретить у Г.С. Денисовой, В.П. Уланова, С.А. Воронцова, А.Д.Алханова, В.А.Яковлев, Р.Г.Абдулатипова, А.Б.Дзадзиев и мн. др. В.А.Кузнецов правомерно задается вопросом: «Надо ли доказывать, что стабильное положение и устойчивое социально-экономическое, культурное и национальное развитие Северного Кавказа в значительной степени зависит от положения и самочувствия русского населения». [4]
Безусловно, существуют точки зрения отличные от приведенной. Однако, во-первых, в большинстве своем они носят радикальный и(или) ангажированный характер, а, во-вторых, в условиях, когда русские составляют подавляющее большинство населения России, учитывая историю формирования нашего государства, сложно себе представить ситуацию, при которой сохранение и развитие Северного Кавказа, как российского региона, было бы возможным без активного участия русских. В России не принято употребление термина «государствообразующий народ», но de facto русские являются именно таким народом, как следствие, русские являются одним из ключевых коммуникативных каналов распространения общероссийских ценностей и идентичности в т.ч. и в северокавказский регион.
При этом, очевидная ситуация с высочайшей ролью русских в регионе и совершенно не удовлетворительным их состоянием, не находит отклика ни в государственной политике, ни в общественном мнении. Масштаб проблемы абсолютно не соответствует уровню внимания к ней.
Но даже те упоминания о наличии проблемы, которые можно выделить в высказываниях представителей федеральной и региональной власти не реализуются в целенаправленной, эффективной политике. Так, бывший президент Чечни А.Д. Алханов указывает на значение русского населения: «…следует обратить серьезное внимание на один из источников социальной напряженности — процесс сокращения численности русского населения в целом ряде субъектов РФ. Особенно сильны такие тенденции в республиках Северного Кавказа. … Отток русского населения привел к резкому ухудшению положения в социально – экономической и духовной сферах и продолжает оказывать отрицательное влияние на общее положение дел в регионах».[1] При этом, в годы правления А.Д.Алханова значимого возвращения русских в места исконного проживания на территории нынешней Чеченской республики не наблюдалось.
А.Б.Дзадзиев в данной связи отмечает: «Говоря о необходимости возвращения и привлечения в Чечню русскоязычного населения, и в первую очередь русских, глава администрации Чеченской Республики А. Кадыров в одном из интервью отметил: "В Чечне жили и будут жить представители множества национальностей, в том числе, конечно, и русские. Без них мы не сможем восстановить жизнь в полном объеме. Нам нужны специалисты – врачи, учителя, инженеры-нефтяники". Однако слова А. Кадырова о том, что “в Чечне будут жить представители множества национальностей” и уверенность представителя Чечни в Совете Федерации А. Завгаева в том, что русские вернутся в Чечню, можно отнести скорее к области “высокой” политики, но не к реальной действительности: отток русских продолжается и из других, более спокойных, чем Чечня республик Северного Кавказа. Имеющий место процесс возвращения в Чечню русского населения никак не компенсирует продолжающийся его отток из республики». [3]
Концепция государственной национальной политики РФ прямо указывает: «Межнациональные отношения в стране во многом будут определяться национальным самочувствием русского народа, являющегося опорой российской государственности».[7] Однако, во исполнение данного положения концепции, федеральные законодательные акты отсутствуют.
Необходимо отметить, что принимаются целевые программы, направленные на возвращение русского населения в национально-территориальные образования, в частности, такие программы приняты в Ингушетии и Чечне. Точные данные о результатах их реализации можно будет получить только после очередной переписи населения. Однако, в настоящее время нет оснований говорить о значимом изменении положения дел в отношении русского населения в обозначенных республиках. В Ингушетии, в частности, существенный вред данному процессу нанесла серия убийств русскоязычного населения, прокатившаяся в республике в 2007г.
Уровень внимания к проблемам русского населения северокавказских республик крайне точно описан В.А.Тишковым: «Говоря о положении русских и русскоязычного населения в Чечне, необходимо особо подчеркнуть, что ни на одной из встреч по урегулированию ситуации в Чечне не шла речь об их судьбе. Не было принято ни одного решения в защиту русского населения в Чечне и защиту прав русских и русскоязычного населения в республиках Северного Кавказа. Не было проведено ни одного парламентского слушания в Госдуме РФ по проблемам русского населения Северного Кавказа, несмотря на неоднократные обращения представителей Терского казачества и Русской общины Чечни». [6]
То положение, в котором оказались русские к настоящему времени отнюдь не является традиционным. До начала своего кризиса, проявления которого можно отследить со второй половины ХХ века, русские весьма эффективно выполняли весь набор функций, характерных для государствообразующего народа. Интегративная и коммуникативная роль русских до начала острой фазы их кризиса (момент распада СССР) не вызывает сомнения. Однако, в настоящее время кризис в острой фазе. Но такое состояние дел в большинстве своем является не виной, а бедой русского народа. Череда исторических событий, в которые русские были вовлечены в ХХ веке, повлекла за собой крайне тяжелые для них последствия. Не расшифровывая, перечислим эти события: крайне неприятное поражение в русско-японской войне, проведение политики разрушения традиционной формы общественной организации русских – общины, начало массового раскрестьянивания, 1-я мировая война, ликвидация русского государства – Российской Империи, гражданская война, начало проведения политики жесткого мультикультурализма в стране с принципиально иным историческим укладом, расказачивание, коллективизация, индустриализация, Великая Отечественная война, холодная война, распад СССР и, как следствие, подрыв мессианского мифа русских, «выдавливание» русских из традиционных мест проживания вне «русских» регионов и др. [5]
Многие из перечисленных исторических событий и процессов коснулись не только русского народа, но в связи с de facto государствобразующей ролью, масштаб и динамика вовлеченности русского народа в данные события были несравненно большими.
Если и можно говорить об определенной вине русских за ту ситуацию, в которой они оказались, то эта вина заключается в том, что русские в настоящее время не представляют собой политической силы, которая была бы способна не просить, а требовать от власти всех уровней соблюдения своих интересов. Русские разобщены.
В данных условиях особая роль в поддержании русского народа, соразмерно той роли, которую продолжает играть этот народ, принадлежит государству. Однако, российское государство не предпринимает действий в данном направлении. Безусловно, усиление властной вертикали начала 2000-х годов выглядит сильным «ходом», но в плоскости влияния на этнонациональные отношения российское государство существенно ослабло. Так, федеральный центр практически отказался от регулирования сферы межэтнических отношений, выражением чего стало упразднение миннаца, а вновь созданное министерство регионального развития, позиционируемое как универсальный регулятор всей региональной тематики, пока не может взять на себя функции специального регулятора этнонациональной сферы, по крайней мере, на настоящий момент этого не наблюдается. Политика кооптации, используемая в качестве основного инструмента воздействия на ситуацию в национально-территориальных образованиях, фактически оборачивается «покупкой» временной лояльности региональных элит, не оказывая влияния на процессы, протекающие в межнациональной сфере. Весьма ярким примером слабости государственной власти является исход чеченских войн, когда федеральный центр оказался не только не способен восстановить довоенный status quo в межэтнических отношениях, но вынужден был «закрыть» саму проблематику для общественного обсуждения.
Не в пользу русских и дисбаланс государственной конструкции России, формирующей статусное неравенство регионов и этносов, населяющих страну. Так, наряду с административно-территориальными образованиями в стране существует большое количество национально-территориальных образований, в которых титульный(ые) этнос зачастую имеет определенные преференции по сравнению с не титульными. При этом, титульный этнос численно может уступать не титульным. Проблема статусного неравенства актуальна для многих этносов и в частности для русского народа – наиболее крупного этноса страны в целом и Северного Кавказа в частности. Русские «собственного(ых)» региона не имеют, как имеют осетины, чеченцы, карачаевцы, адыги и т.д., но и Россию, само название которой этимологически близко именно русским, согласно Конституции РФ, русские «своей» назвать не могут.
Дальнейшая моноэтнизация северокавказских национально-территориальных образований, очевидно, будет все дальше отдалять их от России, поскольку распространение общероссийской политической идентичности только через каналы массовой информации является явно недостаточным. Учитывая сепаратистские тенденции в обозначенных регионах, перспектива того, что в лучшем случае они лишь формально будут сохранять свой статус субъектов Российской Федерации, оплачиваемый все увеличивающимися трансфертами государственного бюджета, может стать вполне реалистичной.
Изменение данной ситуации, с точки зрения автора, требует от центральной власти начать проводить взвешенную патерналистскую политику по отношению к русскому народу, что в условиях укоренившейся в новой России либеральной политической «парадигмы», пока представляется сомнительным. Однако, еще в начале ХХ века Лев Тихомиров отмечал: «Никогда, никакими благодеяниями подчиненным народностям, никакими средствами культурного единения, как бы они не были искусно развиваемы, нельзя обеспечить единства государства, если ослабевает сила основного племени. Поддержание ее должно составлять главнейший предмет заботливости разумной политики». Выбор назрел и перезрел.
Литература:
Библиографическая ссылка: Савченко И.В. Русский фактор как краеугольный камень российского Кавказа // Этнокультурные технологии формирования российской идентичности в полиэтничном регионе: сб. науч. ст. по матер. II междунар. науч.-практ. конф. / ред. Кол. Науменко В.Е., Денисова Н.Г., Коваленко Т.В. – Краснодар: ООО «Альфа-полиграф», 2009. – С.71-78.
|
